Что на границе Белоруссии и латвии

Что на границе белоруссии и латвии

Что сейчас происходит на латвийско-белорусской границе, выяснил корреспондент Sputnik Латвия 14.09.2021, Sputnik Латвия

Рига, 14 сен — Sputnik, Владимир Дорофеев. За ситуацией на латвийско-белорусской границе я гляжу с непониманием и тревогой. Мое понимание ситуации несколько отличается от того, что можно услышать. Нет, я не считаю, что забор, отделяющий две страны, был плох. Я не вижу выгоды ситуации эскалации конфликта ни для Латвии, ни для России, ни для Беларуси.

Но одно я понимаю четко – как житель Латвии я ничего хорошего не жду от ситуации с беженцами на границе.Страсти по забору не утихают уже какое-то время. Мол, проворовались латвийские пограничники. Мол, денег у Европы брали, а ничего не строили. Я к подобным высказываниям отношусь крайне скептически.

Во-первых, сами погранцы своровать могут разве что куски забора, пограничное начальство разве что – надзирать за строительством, но уж точно не организовать его. Во-вторых, понимая, что это за забор, половина обвинений превращается в идиотскую шутку.В 2016 году, когда латвийские чиновники еще общались с журналистами Sputnik Латвия, я съездил на границу, чтоб поговорить с пограничниками на месте и получить практические и реальные ответы на вопросы, созданные общественной истерией с двух сторон.В то время, так же как и сейчас, отдельные демагоги из Риги кричали о «великой китайской стене на границе», с которой они с удовольствием будут плевать в сторону соседа.

Польша начала возводить забор на границе Беларуси

Московские демагоги отвечали, мол, грозитесь, а сами «все украли». Хоть воровство не доказано, и если и есть, то скорее мелкое, чем масштабное. Но на великую стену забор не тянул. Он представлял собой скромную сетку, с колючей проволокой сверху. Преодолеть которую мог любой школьник с кусачками.

Тем не менее, как оказалось, забор был хорош для своих функций и совершенно не имел ничего общего с тем, что я называю общественной истерией, а латвийские политики – гибридной угрозой. Кстати, наибольшую электоральную пользу получают от этой истерии именно латвийские политики.Неудобные ответы на практические вопросыЗа 5 лет почти ничего не изменилось.

Вопросы все те же, и демагоги все так же не спешат ехать в латгальско-псковские леса и болота, чтобы найти ответы. И песня все та же. Латвийские политики талдычат о гибридной войне, российские – о воровстве на границе. А правда по-прежнему неудобна. Вот что рассказали сотрудники пограничной службы.- Какова длина границы и забора?- Длина белорусско-латвийской границы 172 километра.

Забора до сих пор не было, и сейчас построить планируется всего 37 километров забора.Длина российско-латвийской границы 270 километров, из них 137 – сухопутная, остальное – речная и озерная. Длина построенного забора только 93 километра.

И на сегодняшний день положение сохраняется – забор защищает только две трети сухопутной границы.- Почему хлипкий проволочный забор с банальной колючкой стоил в 7 раз дороже, чем такой забор обходится коммерческим предприятиям?- Потому что основные траты – это не забор, а контрольно-следовая полоса (КСП). Забор стоил около 2,5 миллиона, КСП – около 15 миллионов.

Латвия силой привозит мигрантов на границу с Беларусью

КСП – это такая широкая полоса песка с двух сторон от забора, 15 метров с латвийской стороны, 10 метров с российской стороны. На полосе четко сохраняются следы, которые позволяют идентифицировать (одиночного) нарушителя границы и вернуть его назад. Само собой, если нарушителей человек 100 одновременно, идентифицировать следы гораздо труднее.

Некоторых нарушителей практически невозможно опознать, поскольку все их следы на КСП полностью затоптаны.- Какова ситуация с забором? По поводу чего суд?- Претензии есть и к забору, и к КСП. Забор, мол, дорогой и не везде такой, как обещали, КСП делали «свои люди» без должного конкурса. В результате тяжбы один сеточный заборчик, возможно, заменят на другой.

КСП нуждается в регулярном еженедельном уходе. Вероятно, уход за КСП будет отдан фирмам в результате более прозрачного конкурса. К краже забора с 200 километров границы – это все не имеет ни малейшего отношения. Где забор планировали, там и поставили.

О том, где он будет, знали и российские пограничники, и уж тем более латвийские чиновники, неспособные внятно ответить, куда делся забор от «гибридного врага»?- Почему латвийские политики не отвечают внятно, куда делся забор? Почему он расположен только на трети российско-латвийской границы?

Почему не был построен такой же забор на границе с Беларусью?- Отдельные адекватные ответы были, но чаще от чиновников, а не от политиков. Политикам же выгодно говорить о «гибридной войне». Соответственно, миф о гибридной войне входит в полное противоречие с необходимостью рационального обустройства границы.

А реальность такова, что такой забор на границе с Беларусью долгое время был не нужен, белорусские пограничники выступали щитом нашей границы и от контрабандистов, и от нелегальных мигрантов. Равно как и российские пограничники также частично сдерживают эту реальную, а не выдуманную угрозу.

На большей части латвийско-российской и латвийско-белорусской границы забора нет, потому что Европа не выделяла денег на его строительство. А для самой Латвии такое строительство дорого, в то время как разговоры об угрозе кажутся бесплатными.Угроза вторжения- В чем угроза от беженцев?- Теоретически среди беженцев могут быть и террористы.

Латвийские войска были среди оккупационных сил и в Ираке, и в Афганистане, соответственно, теоретическая угроза диверсии есть. Как есть и теоретическая вероятность российских диверсантов.

Латвия уже лет пять живет в ожидании военных действий со стороны России, поэтому какой бы ни была реальность, теоретическая вероятность российских диверсантов будет здесь рассматриваться еще долго. Но все эти годы ни одного подтвержденного случая диверсии ни российской, ни афганской, ни иракской – не было. Зато была совершенно другая, реальная опасность.

Каждый беженец – это довольно крупные расходы для Латвии. Если он остается здесь, то по европейским нормативам ему нужно платить больше, чем получают, например, латвийские инвалиды. Но и его выдворение обходится Латвии в копеечку. Депортация одного беженца стоит Латвии примерно 3 тысячи евро.

Соответственно, если беженцев будет по 100 человек в день, то за год на их депортацию надо будет потратить свыше 100 миллионов евро.- Не проще ли с нашей демографией оставлять беженцев в Латвии?- Это то, что уже давно предлагает делать Евросоюз. Но латвийскую ксенофобию никто не отменял.

Латвия, населенная беженцами с востока, для латышского националиста угроза куда большая, чем русские. По поводу местных русских есть планы по ассимиляции, по поводу ассимиляции беженцев – такие планы куда скромнее.- Почему Латвия не хочет ассимилировать беженцев?- Если Германия не боится ассимилировать пришлых и тратит большие деньги на их социализацию и обучение языку, то в Латвии эти процессы идут иначе.

Деньги на обучение языку тоже выделяются, но эффективность такого обучения гораздо ниже. Во первых методика обучения латышскому языку как иностранному на зачаточном уровне. Она буксует даже в «русских школах», вызывая неудовольствие родителей. Что уж говорить о людях, гораздо более культурно далеких от Латвии.

Во-вторых, практический резон – беженцы в Латвии не задерживаются, сбегая дальше в Европу. Никто даже не хочет продумывать реальные меры по их ассимиляции – практически это почти бессмысленно. Именно поэтому страны, которые являются конечной целью беженцев, пытаются их ассимилировать, а транзитные страны, такие как Латвия, стараются от них избавиться.

Та же Германия, например, выдворяет из страны чуть менее половины беженцев, Латвия же выдворяет около 95%.- Чем грозит беженцам выдворение из Латвии?- Часто выдворение – это настоящие трагедии, фактически отправления на смерть. Например, по сведениям, полученным непосредственно от беженцев, латвийские власти выдворяли беженцев-гомосексуалистов из Ирана, хотя всем было понятно, что на родине их побьют камнями, причем, может, даже не выходя из аэропорта.

Конечно, большинство латвийцев патриархальны и консервативны, и на вопрос, нужен ли Латвии беженец из Ирана гомосексуалист, ответят отрицательно. Но надо понимать, что, отправляя их обратно, Латвия обрекает их на смерть.

К такой ответственности значимая часть общества не готова.Кому нужна военная истерия?- Чем опасны разговоры о гибридной войне?- Конечно, просто все проблемы списывать на теоретического врага. Объединение против врага способно вызвать сплочение общества. Такими разговорами просто отвлечь от реальных проблем.

Беда только в том, что, когда соседи, выбранные на роль «гибридного, то бишь чисто теоретического врага», предпринимают конкретные недружественные шаги, – платить приходится достаточно дорого. Кроме того, у политиков появляется дурная привычка все сваливать на войну. Почему правительство закрыто и не комментирует свои решения? «Гибридная война».

Почему нарушаются права человека? «Гибридная война». Причем «гибридные враги» это уже не только русские СМИ, но и, например, антиваксеры. Ну и что, что в России свои антиваксеры, и своя борьба за вакцинацию? Наши антиваксеры – это «гибридные враги», практически ведьмы, враги народа.

При продолжении такой риторики и сами нынешние политики завтра станут такими же «ведьмами» и козлами отпущения. А учитывая их низкий рейтинг, это более чем вероятно.Сколько стоит стену построить?- Есть ли реальная гибридная угроза со стороны Беларуси?

Иначе говоря, подвозят ли к латвийской границе беженцев официальные власти или все же торговцы людьми?- По большому счету сейчас практически нет никакой разницы. Кто бы ни подвозил беженцев, а при нынешней организации границы вернуть нарушителей рубежа – невозможно.

Вот, к примеру, запись с пограничного участка латвийской стороны, на которой видно, что люди в камуфляже гонят людей в гражданском к границе. Лица идентифицировать нельзя. Даже транспортное средство идентифицировать нельзя.

А значит, и вернуть никого нельзя, и обвинить через суд тоже – просто доказательства недостаточны.- Сколько нужно денег вложить в переоборудование границы?- Сейчас говорят о постройке забора с колючей проволокой длиной в 37 километров (общая протяженность границы, напоминаю в четыре раза больше – 172 километра). Стоимость планирующейся постройки около 1,7 миллиона евро.

Исходя из стоимости, можно предположить, что КСП в проект не включена. Впрочем, если гнать людей через границу сотнями – КСП и не спасет. Нужно увеличивать штат робежсардзе, нужно улучшать техническое оснащение, и очень значительно.

Полагаю, и расходы здесь будут в десятки раз больше.- Спасет ли латвийско-белорусскую границу проволочный забор с колючей проволокой?- Кусачки для проволоки есть в любом строительном магазине. Стоимость перевозки нелегала через несколько границ от 5 до 50 тысяч евро. Испортить забор – просто. Чинить его – дорого.

Но, с другой стороны, портить забор и не нужно – на большей части границы никакого забора нет и не будет в принципе. А то, что несколько беженцев утонет в болоте при переходе границы, не слишком волнует международную мафию, специализирующуюся на перевозке нелегалов.- Чем реально грозит пограничный кризис?- Реальное последствие – увеличение контингента НATO в связи с ситуацией на границе.

Политики уже объявили об этом. Конечно, это невыгодно ни России, ни Беларуси.

Но это было настолько предсказуемо, что, вероятно, у российской и белорусской стороны заранее было чем ответить.При этом в то, что увеличение контингента НАТО поможет справиться с ситуацией на границе – я не верю.- Как будет развиваться ситуация дальше?- Задержанные на границе беженцы будут задерживаться в пунктах их накопления и оформления. Уже сейчас лимит центра по содержанию беженцев в Муцениеки исчерпан.

Дальше их, возможно, просто перестанут задерживать, и они потекут в Европу. Через какое-то время Европа выделит очередной транш на центр для беженцев, а также на укрепление границы. Латвийские демагоги будут говорить о «гибридной войне» на границе, но, вероятно, странным образом, это не скажется на изменении бюджета страны.

Российские и белорусские демагоги будут говорить о том, что «все украдено». Хотя если серьезно, то на самом деле проблема и Латвией, и Европой просто не расценивается как военная угроза, а следовательно, еще долгое время проволочный заборчик на отдельных фрагментах границы будет «великой китайской стеной» только на словах. Впрочем, вероятно, бюджет увеличится и у робежсардзе, а значит, безработица на границе станет еще меньше.

Источник

Латвия ввела режим ЧС на границе с Белоруссией

Миграционный кризис, возникший из-за санкций ЕС против Белоруссии, затронул и Латвию. Балтийская республика ввела режим ЧС до 10 ноября. В соседней Литве ранее заявили, что ожидают от Минска новых попыток обострения ситуации, а чтобы их пресечь намерены построить стену на границе с Белоруссией.

Латвийское правительство ввело режим чрезвычайной ситуации на границе с Белоруссией из-за миграционного кризиса, пишет местное издание LETA. Инициатором введения ЧС стала глава МВД страны Мария Голубева. Власти объявили о «незамедлительном» усилении охраны границы, которое будет действовать три месяца.

Режим ЧС, в частности, введен во втором по величине городе республики — Даугавпилсе (власти туда уже направили спецназ для урегулирования ситуации). Теперь для возвращения нелегалов в Белоруссии латвийским пограничникам можно применять физическую силу и специальные средства. Такой режим также предполагает помощь погранохране со стороны Национальных вооруженных сил (НВС) и Государственной полиции.

По мнению командующего Национальными вооруженными силами (НВС) страны Леонидса Калниньша, «давление нелегальной миграции на латвийско-белорусской границе — это. проверка системы обороны Латвии». По его словам, власти нацелены на активное пресечение нелегального пресечения границы.

Латвия столкнулась с нелегальной миграцией со стороны Белоруссии вслед за Литвой. С начала года на границе Латвии и Белоруссии были задержаны 343 нелегала, только за последние четыре дня там задержаны 283 человека (это в семь раз больше задержанных нелегалов за весь прошлый год).

Ситуация в Литве

Границу Литвы и Белоруссии пересекли более 4 тыс. беженцев. Сначала литовские власти разместили мигрантов вблизи Центра регистрации иностранцев в Пабраде. Но когда места в этом палаточном лагере не хватило, нелегалам организовали проживание на полигоне Службы охраны общественного порядка МВД Литвы (для них даже арендовали модульные блок-контейнеры).

На полигоне, что расположен рядом с деревней Руднинкай, размещены около 400 нелегалов из стран Азии и Африки, которые незаконно попали в Литву из Белоруссии. Планировалось, что на полигоне будут размещены до 1,5 тыс. мигрантов. Но жители деревни, в которой проживают порядка 500 человек, устроили акции протеста, из-за чего допустимое количество мигрантов сократилось почти вдвое. Согласно данным МВД Литвы, ранее с этого полигона сбежали семь мигрантов, их разыскивают правоохранители.

Литовский президент Гитанас Науседа считает, что в скором времени миграционный кризис может выйти на новый виток.

«Не сомневаюсь, что [со стороны Белоруссии] будут предприниматься попытки обострения ситуации, начало которой было положено несколько месяцев назад», — сказал он.

Науседа призвал своего белорусского коллегу осознать, что литовские власти «дадут этому отпор». В частности, глава Литвы отметил улучшение охраны границы балтийской республики.

«Заметны положительные сдвиги, что радует. Действия литовских пограничников [по вытеснению с территории страны пытающихся пересечь границу нелегальных мигрантов] совершенно оправданы и находят поддержку», — утверждает глава государства.

В то же время литовские власти считают хорошим решением построить на границе с Белоруссией четырехметровую стену. По словам Науседы, это «приоритет» страны. И на него не стоит жалеть ресурсов — «вопрос не в цене». Вместе с тем он подчеркнул, что срок в два года, которые могут уйти на строительство ограждения, «слишком долгий».

После заявления президента глава МВД Литвы Агне Билотайте заявила, что на строительство ограждения в 508 км уйдет около года. «Без физического барьера обеспечить эффективную охрану границы невозможно. С принятием специального закона о его строительстве заграждение можно будет возвести не за два, а за один год», — уверена она.

Четырехметровая ограда будет создана из металлической сварной стержневой сетки, поверх которой будет натянута колючая проволока. Колючую проволоку установят и перед забором. Она покроет большую часть границы с Белоруссией — 508 из 680 км. Стоимость забора оценивается в €152,5 млн.

Литва заявляла, что рассчитывает получить средства на проект со стороны ЕС, так как он направлен на защиту внешней границы союза. «Охрана внешних границ ЕС является общей заботой институтов сообщества и стран-членов. Для возведения на этом рубеже физического барьера (инженерного заграждения) необходима финансовая помощь ЕС», — сказал литовский президент в телефонном разговоре с польским коллегой Анджеем Дудой.

Но Еврокомиссия (ЕК) отказалась финансировать из бюджета ЕС строительство стены. «Еврокомиссия не считает верным финансировать строительство преград и барьеров из фондов ЕС. Поэтому финансирование данного инфраструктурного объекта не должно осуществляться из фондов ЕС», — сказал представитель ЕК Адальберт Янц на брифинге в Брюсселе 10 августа.

По его словам, ЕК может оказать балтийской республике финансовую помощь, но только в той сфере, «где она принесет наибольший результат», например, «на нужды создания интегрированной системы контроля границы».

При этом он не увидел противоречия в такой позиции и недавних словах еврокомиссара по урегулированию кризисов Янеза Ленарчича. Янц признал, что Ленарчич назвал полезным строительство такого ограждения.

Но «Еврокомиссия не финансирует создание барьеров, но это не означает, что на конкретном участке границы, в отдельный момент времени такой инфраструктурный объект не может быть эффективен», подчеркнул представитель ЕК.

Миграционный кризис начался после того, как европейские власти ужесточили санкции против Минска. Тогда Александр Лукашенко заявил, что Белоруссия перестанет сдерживать мигрантов у своих границ. При этом белорусские власти не считают себя виновными в наплыве нелегалов в балтийские страны. Заместитель постпреда страны в ОБСЕ Андрей Лозовик считает, что напряженная ситуация не является чем-то новым. По его словам, «этот процесс представляет собой постоянный общий вызов для государств-участников ОБСЕ».

С 3 августа Литва стала возвращать мигрантов обратно на территорию Белоруссии. «Людей, которые намеренно незаконно пересекают границу в запрещенных местах, должны расценивать как преступников, которые намерены совершить противозаконное действие — нелегально перейти границу», — сказала глава МВД Литвы.

После этого Минск стал заявлять, что пограничники находят выдворенных мигрантов, зачастую они в тяжелом состоянии и имеют «признаки применения насилия с использованием огнестрельного оружия и следы укусов служебных собак». Белорусские власти уже сообщили об одной жертве — иракце, в которого стреляли литовские пограничники. Но Вильнюс заявил, что подобные заявления — «сказки братьев Гримм».

Источник
Рейтинг
Загрузка ...