Когда латвия вступила в европейский союз

Что изменилось в Латвии после вступления в Евросоюз?

Латвия вступила в Европейский союз в 2004-м году с великолепными экономическими показателями. Достаточно сказать, что в период с 2001-го по 2008-й годы рост её ВВП колебался в пределах 6-10 процентов, в отдельные годы доходя до почти 12 процентов. Однако, во время экономического кризиса 2009-го года латвийская экономика всего за год обрушилась почти на 18 процентов.

Обвалился рынок недвижимости, резко возросла безработица и отток трудоспособного населения за пределы страны. К настоящему моменту экономика Латвии переживает период медленного восстановления. При этом отток населения в страны ЕС продолжается, безработица, по-прежнему, высока, большинство промышленных предприятий остановлены. Фактически, страна живёт за счёт дотаций из бюджета Евросоюза.

Источник

Как Латвия шла в ЕС

Когда латвия вступила в европейский союз

При цитировании информации гиперссылка на ИА REGNUM обязательна.

Использование материалов ИА REGNUM в коммерческих целях без письменного разрешения агентства не допускается.

Свидетельства о регистрации СМИ:

Эл № ФС77-55029 от 14 августа 2013 года, выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор);

ИА № ФС77-51367 от 23 ноября 2012 года, выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор).

Источник

Итоги вступления Латвии в Евросоюз вызывают только депрессию

Ровно 15 лет назад был подписан договор о вступлении Латвии в Евросоюз, куда она так стремилась. Время подводить итоги: чего добились латыши за годы пребывания в ЕС в политическом, экономическом и демографическом плане? При ближайшем рассмотрении выясняется, что ничего хорошего. Республике повредили даже щедрые европейские дотации.

В апреле 2003 года в музее афинского Акрополя президент Латвии Вайра Вике-Фрейберга, премьер-министр Эйнар Репше и глава МИДа Сандра Калниете от имени своей страны подписали договор о вступлении в Европейский союз. Годом позже Латвия стала полноправной участницей содружества. Но далеко не все считают эти даты поводом для праздника.

Калининградский политолог, специалист по государствам Балтии Александр Носович считает, что из всех стран «Новой Европы» от вступления в Евросоюз более всего пострадали Латвия и Болгария. «Евроинтеграция обернулась демографическим обескровливанием. Последняя перепись показала, что за границей пребывают 326 тыс. граждан Латвии – огромная цифра для страны, население которой меньше двух миллионов человек. Соцопросы эмигрантов показывают, что абсолютное большинство уехавших не собираются возвращаться на родину. То есть, вступив в ЕС, государство просто утратило человеческий потенциал – из него уехала основная часть активного трудоспособного населения в репродуктивном возрасте, и теперь Латвии грозит вымирание», – заявил он газете ВЗГЛЯД.

Если бы Россия вступила в Евросоюз

Не будет такой страны

Эмиграцию из Латвии, начавшуюся вслед за падением западных границ, иначе как катастрофой не назовешь. В течение 1990-х годов в республике происходил распил на металлолом оставшегося от СССР мощного промышленного сектора, в результате чего множество людей остались без рабочих мест. Все это время латыши с вожделением поглядывали на благополучные государства Западной Европы, но до поры до времени не могли свободно ездить туда на заработки.

Официально Латвия вступила в Евросоюз 1 мая, и накануне этой даты на границе республики скопились автобусы с потенциальными гастарбайтерами – они ждали той минуты, когда можно будет двинуться на запад.

Уже через несколько лет после этого латвийские демографы начали бить тревогу: страна пустеет на глазах. К настоящему моменту более-менее активная жизнь наблюдается только в Риге, а за пределами столицы большинство территорий Латвии превратились в депрессивную обезлюдевшую зону.

На сегодняшний день неизвестно, сколько осталось в Латвии постоянных жителей. Официально их насчитывается более 1,9 млн (при 2,7 млн на начало 90-х), неофициально демографы называют цифру в 1,5–1,6 млн. Перебираясь за рубеж, латвийцы не сообщают об этом государственным инстанциям. Кроме того, многие ежегодно приезжают на родину хотя бы на несколько месяцев – отдохнуть и навестить оставшихся родственников. Это позволяет манипулировать статистикой.

Год от года правительство пафосно провозглашает программы реэмиграции, но толку от них немного. Уехавшие говорят, что вернутся только тогда, когда зарплаты на родине сравняются с западноевропейскими. В лучшем случае до этого светлого дня еще далеко. В худшем – Латвия до него вообще не доживет.

Недавно демографы опубликовали прогноз: при сохранении нынешних тенденций после 2043 года на большей части административных территорий Латвии население попросту исчезнет. К 2051 году с карты республики пропадут крупные по ее меркам города Даугавпилс и Резекне, к 2062-му – портовая Лиепая и 11 краевых муниципалитетов, еще через девять лет – города Валмиера и Екабпилс. К 2065 году обитаемая площадь страны сократится более чем в два раза: жители останутся только в окрестностях Риги, в центре региона Земгале и по берегам Рижского залива.

Конец сладкой жизни

Отсутствие достаточного количества хорошо оплачиваемых рабочих мест – тоже явление не случайное. По мнению Александра Носовича, в экономическом плане интеграция в ЕС завершила процесс деиндустриализации Латвии. «В том числе это было вызвано не объективными причинами, а прямой политикой Еврокомиссии. Из-за квот и регулирования Брюсселя в Латвии закрылись сахарные заводы, окончательно загнулась рыболовецкая отрасль», – перечисляет он.

Квоты на производство сахара Евросоюз ввел в 2006 году. До этого в Латвии было три сахарные фабрики – в Елгаве, Екабпилсе и Лиепае, и все пришлось закрыть в обмен на компенсацию от Брюсселя. Теперь они лежат в руинах и восстановлению не подлежат даже в теории – местный сахар больше никому не нужен, хотя минувшей осенью Евросоюз отменил свои квоты.

Что же касается рыболовецкого флота, только с января 2008 года по август 2010 года он, насчитывавший к началу 2000-х около 200 судов, уменьшился на 84 единицы. Каждый четвертый латвийский траулер завершил свой путь в руках сборщиков металлолома. Еще несколько десятков судов были разрезаны на части к 2013 году. Руководитель Латвийской ассоциации рыбного хозяйства Инарий Войтс жаловался, что руководители рыболовецких предприятий и судовладельцы просто не видят повода для их сохранения: если выделенная Евросоюзом Латвии квота промысла не превышает 400 тонн салаки в год, содержать траулер и команду честным трудом просто невозможно.

Сейчас средний возраст латвийских рыболовецких судов составляет 37 лет. В правительстве по этому поводу не переживают. «Количество рыболовецких судов в Латвии в последние десятилетия сократилось, но это позволило сбалансировать эффективность флота с доступностью морских ресурсов», – беззаботно заявил премьер-министр Марис Кучинскис.

Не в деньгах счастье

Возможно, вступление в ЕС принесло Латвии западноевропейские ценности? Носович утверждает, что нет. «Вопреки мечтаниям либеральной общественности евроинтеграция не привела к смягчению нравов в Латвии. Латвийский политический режим по-прежнему носит отчетливо этнократический характер, выражающийся в установке на то, что у власти в этом государстве могут быть только латыши.

В европейских индексах коррупции Латвия остается одним из антилидеров ЕС: страну всё с той же периодичностью сотрясают скандалы на почве взяточничества. Членство в ЕС не решило, а только смягчило проблему наличия многочисленных (на данный момент их остается свыше 220 тыс. – ВЗГЛЯД) неграждан Латвии. Негражданам перед вступлением в ЕС и ради этого вступления дали ряд экономических и социальных прав. Однако сама по себе ситуация, когда в стране-члене ЕС десятая часть постоянных жителей лишена гражданства и поражена в фундаментальных правах, является приговором пресловутым ценностям, вокруг которых якобы строится Европейский союз», – подчеркивает политолог.

Уроженец Риги, замглавред аналитического портала RuBaltic.ru Андрей Стариков в разговоре с газетой ВЗГЛЯД выразился еще жестче. По его мнению, вступление в ЕС превратило Латвию в «мавзолей». Он усмотрел негатив даже в том, что Латвия стала получать большие деньги из европейских структурных фондов.

В настоящее время в ЕС идет очередной семилетний период планирования, рассчитанный до 2020 года. За это время Латвия может получить из этих фондов порядка 4,5 млрд евро (то есть по 3 тыс. евро на каждого жителя). С момента вступления страны в ЕС величина ее обязательных выплат в общую казну не превышала 150–300 млн евро, таким образом, латвийцы отдали в шесть-семь раз меньше, чем получат назад. Оказывается, это тоже плохо.

«Европейские дотации подключили латвийскую экономику к аппарату обеспечения искусственной жизнедеятельности: выплаты фермерам за неиспользование земель держали на плаву сельское хозяйство, софинансирование инфраструктурных проектов формировало красивую статистику для строительной индустрии и смежных отраслей. Но все это имитация.

Брюссельские деньги так и не смогли превратить депрессивные регионы в территории опережающего развития, приблизить реальный уровень благосостояния младоевропейцев к еврограндам или странам Скандинавии. Дотирование европейской периферии, напротив, вело к ее деградации. Структурные проблемы не решались, но усугублялись. Фермеры, получающие деньги за простаивающие площади, теряли навыки земледелия, а предприниматели, сумевшие адаптировать свои проекты под брюссельские деньги, разучились работать в жестких условиях конкурентного рынка», – объясняет Стариков.

В то же время он признает, что финансовые «инъекции» в рамках европейской «политики сплочения» в период с 2007-го по 2013 год обеспечивали рост народного хозяйства Латвии – правда, не очень высокий, в среднем на 2,1% в год. «Стоит перекрыть эти денежные потоки – и латвийскую экономику начнет лихорадить. Ширма спадет», – уверяет эксперт.

«Свалить из страны – этап взросления»

В последнее время латвийские специалисты по экономике всё чаще говорят о том, что в ближайшие годы государство может потерять значительную часть финансирования из структурных фондов Евросоюза. Причина – снижение общего бюджета содружества в связи с выходом из него Великобритании. Называется цифра в 12 млрд евро в год – именно этой суммы недосчитается теперь бюджет ЕС. Следовательно, сократится и расходная часть, а пай конкретно Латвии – 150–200 млн евро. Чиновники с такими прогнозами соглашаются, но успокаивают тем, что потери могут оказаться не настолько большими, как предупреждают независимые эксперты.

По мнению же Старикова, такая потеря окажется весьма чувствительной, ибо существование Латвии в тепличных условиях дотируемой европериферии погрузило ее экономику в «состояние детства» – она перестала быть дееспособной. «Латвия разучилась самостоятельно кормить себя, жить за свой счет. Пожалуй, это и есть главный побочный эффект евроинтеграции. Кроме того, повальное бегство латвийцев за рубеж лишило страну ресурса для возвращения во взрослую жизнь: рабочих рук, чтобы запустить работу экономики в автономный режим в случае прекращения субсидий Брюсселя, просто не осталось. Дефицит трудовых ресурсов приобрел хронический характер», – настаивает он.

Периодически в Латвии раздаются призывы широко открыть двери для рабочей силы из других стран. Пока что на пути гастарбайтеров стоит жесткое языковое законодательство: для официального трудоустройства необходимо знать латышский на высоком уровне и иметь соответствующее удостоверение, выданное Центром государственного языка. Правящие в стране националисты обещают костьми лечь, но не допустить отмены этой нормы.

Стариков согласен с Носовичем и в том, что вступление в ЕС не помешало консервации латвийской политической жизни. У власти десятилетиями находятся одни и те же политики, время от времени меняющие «вывески» своих партий. Он объясняет это так:

«Эмиграция стала клапаном для выпуска пара, каналом для выхода протестного потенциала. Вместо давления на власть, участия в политическом процессе, в том числе и в радикальных формах, наиболее пассионарные жители выбирали более доступные варианты: чемодан, аэропорт, Западная Европа. Став главной формой протеста, эмиграция превратилась в социальную норму.

Теперь для латвийской молодежи свалить из страны – обязательный этап взросления, каким была служба в армии в советские годы. Для политиков это плюс. Спрашивать с них за результаты работы уже практически некому. Поэтому и лица латвийского правящего класса, несмотря на периодическую смену партийных брендов, остаются все теми же».

Источник

16 лет в цифрах: неутешительная статистика Прибалтики с момента вступления в состав Евросоюза

16 лет в цифрах: провалы Прибалтики с моменты вступления в состав Евросоюза

Шестнадцать лет назад Латвия, Литва и Эстония стали полноправными членами Европейского союза. Как изменилась жизнь граждан республик, анализируем на основе данных, собранных статистическим бюро организации Eurostat.

Население

По состоянию на 1 января 2004 году население Латвии, Литвы и Эстонии составляло 2 276 520, 3 398 929 и 1 366 250 человек соответственно.

В итоге с 2004 года численность начала постепенно сокращаться. В Латвии она, например, снизилась на 16,3% и составила в 2020 году 1 905 800 человек. За весь период нахождения республики в составе Европейского союза не было зафиксировано даже незначительного увеличения.

Литва начинала свой путь в Европейском союзе с населением более 3 млн человек. С каждым последующим за 2004 годом численность уменьшалась, и уже в 2013 году составила 2 971 905 человек. На начало 2020 года в республике проживают 2 794 389 человек. Примечательно, что в этом году цифра увеличилась впервые за почти 28 лет – на 145 человек.

Численность населения Эстонии сокращалась с 2004-го по 2015-й год. За этот период количество человек снизилось на 4%. По состоянию на 1 января 2020 года в республике проживало 1 337 039 человек.

Среди главных причин депопуляции республик – отрицательный естественный прирост и массовая миграция. Вступление в Евросоюз позволило жителям республик свободно перемещаться по всей территории организации, что в результате и привело к росту миграции.

Так, в 2004 году из Латвии, Литвы и Эстонии эмигрировали 4844, 5553 и 1097 человек соответственно. Впоследствии цифры только росли: 10 234, 15 685 и 3709 человек в 2011 году соответственно, в 2018 – 10 909, 28 914 и 17 547 человек.

Уезжает из республик в основном молодое население: люди, приобретя возможность свободного перемещения, выбирают более благополучные европейские страны, переезжают туда на постоянное место жительства, находят работу, заводят семьи и оседают там, приезжая впоследствии в Прибалтику уже в качестве туристов.

А кто остается? Люди предпенсионного и пенсионного возраста, которым приходится работать, поскольку социальных выплат на жизнь хватает не всем. Так, по данным за 2018 год, количество работающих жителей в возрасте от 55 до 64 лет в Латвии, Литве и Эстонии составило 65,4%, 68,5% и 68,9%. При этом в целом количество работающих людей в возрасте от 20 до 64 лет составляет 76,8%, 77,8% и 79,5% соответственно.

Таким образом, в балтийских республиках наблюдается существенное преобладание населения предпенсионного и пенсионного возраста. Eurostat прогнозирует, что в Латвии, Литве и Эстонии будет 28,7%, 30,7% и 28,5% населения в возрасте от 65 и выше соответственно.

В случае продолжения текущих тенденций страны ожидает массовый выход на пенсию и сокращение численности молодого населения или, иными словами, еще больший отток трудоспособного населения.

Экономический рост

Латвию, Литву и Эстонию называли «Балтийскими тиграми» в период их экономического бума с 2000 по 2006 год, когда страны демонстрировали внушительные показатели экономического роста.

Так, в 2006 году ВВП Латвии вырос на 11,9%, Литвы – на 7,5%, Эстонии – на 11,2%. Однако в положительную динамику вмешался глобальный экономический кризис 2008–2009 годов. По итогам 2009 года балтийские республики оказались в пятерке худших стран мира по динамике ВВП: в Латвии минус 17,8%, в Литве минус 16,8% и в Эстонии – минус 13,7%.

Впоследствии страны, хоть и демонстрировали рост, но все же незначительный. Так, в Литве в 2013 году был зафиксирован рост на 3%, в 2018 году – на 3,1%.

Текущий год также не принесет балтийским республикам хороших показателей, считают эксперты Международного валютного фонда (МВФ). В скорректированном в апреле прогнозе отмечается, что самый большой экономический спад ждет Латвию – 8,6%. На втором месте находится Литва – спад составит 8,1%. Для Эстонии прогноз составляет минус 7,5%.

Европейские дотации

После вступлении в Европейский союз балтийские республики стали получать дотации из структурных фондов организации. Эти средства должны были обеспечить рост экономик Латвии, Литвы и Эстонии до среднего экономического уровня развития Евросоюза.

Политолог Александр Носович отмечал, что еврофонды давали странам Балтии 3% прироста ВВП, а без этих дотаций республикам грозило бы падение экономики:

«За счет структурных фондов ЕС выживают сельское хозяйство и строительный сектор Прибалтики – с прекращением брюссельского денежного потока эти отрасли ожидает кризис, который перекинется на всю экономику прибалтийских республик».

Между тем дело, действительно, идет к сокращению дотаций. В новом проекте многолетнего бюджета Евросоюза, обсуждение которого сейчас прервалось из-за пандемии COVID-19, предлагалось урезать средства Фонда сплочения, предназначенные для ликвидации отставания от других членов организации.
В случае принятия такого проекта документа дотации, например, Литве должны сократиться на 27%. Поступления Латвии снизятся, по оценке премьер-министра республики Кришьяниса Кариньша, на 22%.

Самый же сильный удар нанесут по Таллину. Министерство финансов Эстонии посчитало, что сумма дотаций ЕС может уменьшиться на 40%, или на 1,5 млрд евро.

С учетом текущей ситуации – экономического кризиса и борьбы с распространением коронавирусной инфекции COVID-19 – не исключено, что в будущем дотации республикам будут сокращены еще больше.

Время

Вступая в Европейский союз, в Латвии и Эстонии существовали институты неграждан. Так называется особый юридический статус, который лишает проживающих на территории республик неграждан ряда избирательных прав.

Большинство неграждан – бывшие граждане СССР, которые жили на территории Латвии и Эстонии, но не получили гражданство республик после распада Советского Союза.

Шестнадцать лет в Европейском союзе, одним из основополагающих принципов которого является охрана прав и свобод человека, не поставили точку на существовании этих институтов.

Кроме того, продолжают испытывать трудности проживающие на территории республик национальные меньшинства. В данном случае речь идет о праве получать образование на родном языке.

Ежегодно ситуация лишь усугубляется: недовольные своим положением граждане выходят на митинги и устраивают акции протеста, власти не делают шагов навстречу, тем самым увеличивая социальное напряжение. Дальше трудностей становится все больше, действует эффект «снежного кома».

Шестнадцать лет – достаточный срок для решения существующих проблем или хотя бы запуска механизмов, которые помогли бы их решить. Но этот срок Прибалтикой был упущен.

Источник
Рейтинг
Загрузка ...