Латвия это государство или нет

ss69100

А.В. Пыжиков. Из чьих рук брала свою независимость Латвия
У всякого независимого государства присутствует своя атрибутика, своя символика и свои национальные праздники. Этими символами и событиями государство свидетельствует о своей идентичности.

Иными словами, оно доказывает историческую закономерность своего появления на свет и говорит о смысле своего существования.

Символы и праздники у каждого государства различные, но все они несут одно и тоже послание: «мы существуем такими, какими мы существуем, потому что имеем на это полное историческое право». Право на самоопределение.

Вот конкретный пример: Латвия. Пожалуй, самым известным символом независимости этого прибалтийского государства является памятник Свободы в Риге.

Он был сооружен в 1931-1935 годах на народные пожертвования. Авторами монумента стали скульптор Карлис Зале и архитектор Эрнестс Шталбергс.

Латвия — это «маленькое, злое, гомофобное государство». Как так вышло? // Кто вам платит?

В основании этого памятника расположены скульптурные группы, представляющие важнейшие события в истории Латвии. Из основания вырастает стела, которую венчает фигура Матери-Латвии. В руках у этого материнского символа нации – три звезды, три культурно-исторических региона страны: Курземе, Видземе и Латгале.

18 ноября 1935 года на торжественном открытии этого государственного символа национальной суверенности тогдашний президент Латвии Албертс Квиесис произнес такие слова: «Открывая памятник Свободы латышского народа, желаю ему стоять так долго, как долго солнце будет сиять над нашей страной». Это пожелание сбылось, по крайней мере, в XX веке.

Монумент-символ выдержал немецкую оккупацию в годы Второй мировой войны: разрыв гранаты немного попортил его подножие, а в саму статую попали семь пуль.

В послевоенный период памятник Свободе оказался под угрозой сноса из-за ретивости местной компартии, но тогда его право на существование отстояли знаменитый скульптор Вера Мухина и академик архитектуры Лев Руднев. Пройдя через реставрации в 1980 и 1998-2001 годах, монумент сохранился в первозданном виде до наших дней.

Однако, обратим внимание на день открытия памятника – 18 ноября, День независимости. Эта дата 1935 года отсылает нас в год 1918-й: в тот год именно 18 ноября была провозглашена независимость Латвийского государства.

Независимость по существу, а конкретно от наследия России, которую в то время представляла Российская Советская Федеративная Социалистическая Республика. У события 18 ноября 1918 года также есть свой символ, но это не памятник, а фотография. Можно сказать, документ, ставший символом.

А в разряд национального символа этот документ был возведен не только потому, что на нем запечатлено уникальное историческое событие. Уникальна сама фотография, просто в силу того, что других таких нет. Это первое фото независимого латвийского государства.

Идите на выборы! Политолог Филипп Раевский, объясняет, почему это важно | Выборы в 14й Сейм | Латвия

Итак, 18 ноября 1918 года. В четыре часа дня в русском Втором городском театре Риги было запланировано особое событие – акт провозглашения латвийского государства на заседании Народного совета. У входа в театр выставлен почетный караул.

Руководил тем историческим заседанием Густавс Земгалс – мэр Риги и соучредитель Латвийской демократической партии. Над сценой раскинулось красно-бело-красное полотнище – национальный латвийский флаг, а сама сцена утопала в зелени и цветах. Земгалс зачитал собравшимся протокол заседания Народного совета.

Возник этот Народный совет буквально накануне – 17 ноября 1918 года в результате слияния Временного национального совета Латвии и Демократического блока. Изначально в Народный совет Латвии вошло 38 представителей всех крупных латвийских политических организаций. Правда за исключением кроме крайне правых и крайне левых. И 18 ноября эти 38 делегатов находились на сцене Второго городского театра.

Под аплодисменты Густавс Земгалс объявил, что отныне суверенная власть в стране принадлежит Народному совету. Затем слово было предоставлено первому премьер-министру Латвии. Им был стал Карлис Улманис – один из организаторов и лидеров Латышского Крестьянского союза, основанного в апреле 1917 года.

При этом Улманис был еще и заместителем комиссара российского Временного правительства в Лифляндской губернии. Однако в 1918 году Латвия была оккупировангима германской армией, и российские полномочия Улманиса были de facto недействительны. Со сцены театра Карлис Улманис объявил об учреждении демократической Латвийской республики.

Его выступление все присутствующие приветствовали стоя под звуки народного гимна Карлиса Бауманиса «Боже, благослови Латвию». Правда, слова гимна тогда знали еще далеко не все (и официальным гимном он станет только два года спустя), поэтому 18 ноября 1918 года на сцену театра после провозглашения нового государства был приглашен хор.

Завершая заседание Народного совета, Земгалс обратился ко всему латышскому народу с призывом принять участие в становлении независимого государства. Его слова были встречены возгласами «Да здравствует демократическая Латвия!».

На этом дне рождения латвийской государственности присутствовал только один человек с камерой. Его звали Вилис Ридзениекс, и к тому времени он был уже довольно известным русским фотографом.

В тот день он установит свою громоздкую деревянную фотокамеру на первом балконе и с этого места запечатлеет историческое событие.

А в начале 1920-х годов Ридзениекс раскрасил этот крупноформатный снимок и выставил его в витрине своего ателье «Клио» на улице Вальню в Риге. Великий латышский поэт и драматург, а в 1926-1928 годах министр образования Ян Райнис назвал Ридзениекса «поэтом в выборе места и момента». Наверное, имея в виду и нашу фотографию.

Понятно, что в советские годы эта фотография и любая поэзия латышской независимости стала крамольной. Документальное свидетельство о «провозглашение латвийского государства 18 ноября 1918 года» не только не могло украшать витрину фотоателье, но и вообще не должно было никому попадаться на глаза.

А Вилис Ридзениекс продолжал свою работу, но уже в качестве «советского латышского» фотографа. Со своей исторической фотографией он поступил так: заклеил ее оберточной бумагой и от греха подальше хранил в разных безопасных местах. И так продолжалось около 50 лет вплоть до сентября 1989 года.

В ту осень на фотовыставке Latvijas Laiks, посвященной 150-летию фотографии, исторический шедевр Ридзениекса был очищен от клейстера и оберточной бумаги и предстал перед публикой. Новая жизнь этого фотоснимка началась вместе с новой жизнь в политической истории Латвии. Как известно, 4 мая 1990 новоизбранным Верховным Советом Латвийской ССР была принята Декларация о восстановлении независимости Латвийской Республики.

Но реально независимость была восстановлена 21 августа 1991, когда после неудавшейся попытки переворота ГКЧП в Москве в Латвии был принят конституционный закон о государственном статусе. А 6 сентября 1991 года независимость Латвии признал СССР.

Символами восстановленной независимости Латвии стали исторический фотоснимок Вилиса Ридзениекса и памятник Свободы на улице Бривибас (бывшей улице Ленина). «Бривибас» по-латышски и значит «свобода».

А 18 ноября вновь стало государственным праздником – Днем независимости Латвийской республики в память о событии 18 ноября 1918 года. В современной Латвии это выходной день. В Риге проходит торжественное шествие с участием президента Латвии и других высших лиц государства с возложением цветов к памятнику Свободы.

Среди историков споры о значении того дня – 18 ноября 1918 года продолжаются. Некоторые подвергают сомнению легитимность акта о независимости, провозглашенного Народным советом, критически оценивают деятельность премьера Улманиса, говорят о решающем влиянии на те события со стороны представителя германской оккупационной администрации, рейхскомиссара Региона Балтийского моря Августа Виннинга и т.п.

Историкам можно и нужно спорить, однако сама история сделала свой выбор и неоднократно его подтвердила.

А в 2007 году подтвердил его и Конституционный суд Латвийской Республики: «18 ноября 1918 года Народный Совет Латвии прокламировал Латвийскую Республику как независимое и самостоятельное государство. Народный Совет Латвии, приняв акт прокламирования, завершил этап подготовки государственности Латвии, начатый еще в XIX веке наряду с национальным возрождением, когда латыши осознали себя как полноправную нацию Европы.

На указанном этапе требование латышского народа о все более широких правах развилось в идею национального государства».

Те символы, о которых мы рассказали, в этом выборе сыграли далеко не последнюю роль.

Источник

В Латвии государства нет

1 января 2014 года Латвия вступила в еврозону, став ее 18-м членом. Литовские СМИ, кроме рассказов об успехах братьев-латышей, ничего не пишут. Но что происходит реально? Об этом в Риге мы беседуем с известным латвийским политологом Эйнарсом Граудиньшем.

По версии агентства BBC, Латвия оказалась первой страной на постсоветском пространстве, которой удалось благополучно выйти из кризиса. Ее экономика растет, а евро только ускорит рост. И вот первый вопрос: «Насколько объективно оцениваются экономические успехи Латвии в данном контексте?».

Надо рассматривать сразу несколько факторов. Вступив в еврозону, Латвия полностью потеряла важнейший финансово-экономический инструмент управления суверенным государством – независимую монетарную политику.

На сегодняшний день государство не имеет своей фискальной политики, поскольку ее у нас определяет Европейский Союз через Лиссабонский договор и все прочее, что вообще определяет нахождение нашей страны в составе Европейского Союза. Другими словами, у Латвии в экономическом фундаменте независимого государства появилась огромная брешь.

Поэтому нет и самого государства, будем реалистами. Рассказы об успехах, как их именуют, скажем, европейская пресса и наши западные партнеры – это я с небольшим юмористическим акцентом называю их партнерами, – появились оттого, что наш последний премьер-министр в свое время в соавторстве с одним шведом написал книгу об успехе Латвии, где они рассказали, как правильно преодолевать кризис.

Это пропагандистская литература – чистейший пропагандистский трюк. Мы сейчас находимся в Старой Риге. Если выйти на улицу и провести мини-опрос, то независимо от политических взглядов, религиозных убеждений, национальности, пола, образования респондентов вряд ли услышим что-то положительное. Могу сказать, что этот пропагандируемый «успех» – это полный бред.

Латвия потеряла за время независимости более полумиллиона человек вследствие не эмиграции, а экономического бегства. В 50 километрах от Риги села пустые. Молодежь уезжает практически вся. То же самое происходит и в других Балтийских странах. Мы находимся в глубочайшей демографической яме, из которой нет выхода.

Мы безвозвратно теряем латышскую нацию как таковую. Вопрос, когда исчезнут латышский язык, культура и сама нация, – это вопрос ближайших десятилетий. Поэтому я считаю, что говорить о каком-то успехе Латвии преступно.

Глава Центробанка Латвии тоже говорит, что вступление Латвии в еврозону способствует росту экономики: привлечению зарубежных инвестиций, созданию рабочих мест…

– Надо четко понимать финансово-экономическую структуру нашего государства и то, какую роль играет в стране так называемый государственный банк Латвии. Я не считаю, что он государственный. Он может быть каким угодно, но только не государственным, потому что государства у нас нет, а есть развалины того, что было успешно разрушено именно с участием нашего банка.

Есть люди, которые работают против интересов Латвии десятилетиями. Внешне политические ориентиры Латвии определяет сугубо Государственный департамент США. Это я могу утверждать однозначно как политолог, занимающийся этой проблематикой не первый год. Фискальную политику Латвии осуществляет скандинавское банковское лобби.

Вся наша страна должна скандинавам, поэтому они регулируют все в своих интересах, чтобы максимально изъять ресурсы, перенаправляемые в Скандинавию. Будем реалистами и назовем вещи своими именами. Что касается монетарной политики, она отдана на откуп Западной Европе. Мы все понимаем, что в ЕС не Румыния с Болгарией определяют экономическую политику. И не Литва с Эстонией.

Ее определяют, в первую очередь, Федеративная Республика Германии и Франция. Естественно, огромную роль играет Великобритания. У членов ЕС нет и никогда не будет равных прав. Есть старые государства Европы, как они себя именуют, а есть все остальные.

Что касается нашей банковской деятельности, то деятельность государственного банка Латвии с самого момента его образования определяет Федеральная резервная система США или политические структуры, которые связаны с Федеральной резервной системой. В течение всего существования национального банка Латвии там работала куча советников США. Где и на каких условиях хранить золотовалютный запас Латвии, решают структуры, связанные с Федеральной резервной системой. Поэтому я даже не хочу комментировать то, что говорит президент государственного латвийского банка с окладом свыше 100 тысяч в год, потому что придется переходить на великий и могучий русский язык, который содержит матерные, но очень колоритные выражения.

Получается, что латвийское богатство, золотой запас Латвии находятся за пределами страны?

– Естественно, «за». Пользуясь связями на уровне парламента, лично зная некоторых министров, в частных беседах я задавался вопросом: где же находятся и на каких условия хранятся наши авуары государства? Мне поясняли две вещи. Во-первых, об этом знает только очень ограниченное число людей, в том числе президент государственного банка.

Но не до конца может знать даже премьер-министр, не говоря о президенте Латвии, который, естественно, не в курсе ситуации. Во-вторых, мне пояснили совершенно официально, что этим вопросом лучше не интересоваться, иначе могут быть большие проблемы.

Но какие-то плюсы от вступления Латвии в еврозону есть?

– Лично мое мнение – плюсов нет. Поскольку ничто невозможно сопоставить с потерей национального суверенитета государства. Мы утратили последний инструмент монетарной политики, не можем никак повлиять на экономику и финансы своей страны. Рычаги перешли в руки надгосударственных структур европейского уровня.

Существует европейский центральный банк, который фактически принимает на себя функцию монетарной политики всего ЕС. Не ручаюсь за точность, но более 70% законов, принимаемых нашим парламентом, на самом деле разрабатываются в Европейском Союзе. Об этом открыто рассказывают как депутаты Европейского парламента, так и чиновники, работающие в Брюсселе и Страсбурге.

То есть национальное законодательство на самом деле разрабатывают в Евросоюзе, спускают в Сейм Латвии, депутаты которого лишь голосуют. Другого формата нет. Мы свою законодательную инициативу со вступлением в ЕС передали на откуп надгосударственным структурам. Поэтому говорить о каких-то плюсах – несерьезно.

Увы, нет никаких политических или экономических положительных тенденций. Но мы можем говорить о минусах, которые чувствует каждый человек. Все дорожает. Это скажет каждый обыватель, который что-то покупает в магазине, платит за коммунальные услуги. В прессе есть сообщения, что некоторые медицинские учреждения увеличили стоимость своих услуг более чем на 50% после того, как Латвия вступила в еврозону.

Рост цен, увы, не новость…

– Все хотят нажиться, иметь максимальную прибыль при минимальных расходах – это закон экономики. Я был в Греции сразу после ее вступления в еврозону, был в других вступивших в еврозону странах и могу со всей ответственностью заверить: нигде цена потребительской корзины не осталась без изменений или пошла вниз. Наоборот, цены растут, зарплаты и пенсии заморожены.

За уровень зарплат, пенсий, индексаций – за это Евросоюз не отвечает, за это отвечает национальное правительство. То есть то, сколько народ должен получать, это ваши проблемы. А сколько народ должен отдавать – вот это уже не ваши проблемы.

Можно ли предположить, что Латвия пойдет по пути, скажем, Греции?

– Я могу точно сказать, что социальных потрясений, как в Греции, в Латвии не будет. Уверен в этом почти на сто процентов. Мы – северяне, а не греки-южане, тут просто ментальный уровень разный. Но даже не в менталитете дело. Латыши, когда их доводили до отчаяния, оставляли очень заметный след в истории: имею в виду революции 1905 и 1917 годов в России.

Сегодня революцию повторить невозможно, потому что народ голосует чемоданом и авиабилетом, показывая свое отношение к существующему режиму. Каждый год уезжает 30 000 человек. И усилится еще больше экономическое бегство. Особенно среди тех, кто сейчас заканчивает вузы, школы.

Но пустым место не остается, потому что это территория ЕС, НАТО, и сегодня и здесь мы видим реальные миграционные процессы, которые происходят в странах старой Европы. И у нас появляются китайская, арабская общины, индусы, меняется социально-экономическая, социально-демографическая картина.

Через несколько лет в Латвии русские уже не будут самыми плохими, как это считается сегодня. Для примера слетайте в Прагу, один из прекраснейших городов мира. Если вы были в Праге, скажем, 15 лет назад, то будет что с чем сравнить… К счастью, известнейшие политологи мирового уровня, экономисты, лауреаты Нобелевской премии в большинстве своем все-таки склоняются к мнению, что проект «Европейский Союз» недолговечен. Об этом же говорит известный экономист Пол Кругман – имеет смысл прислушиваться к нему и другим авторитетам.

Каковыми могут быть советы Литве, планирующей вступить в еврозону в 2015 году?

– Вы вступите в еврозону, потому что процесс необратим. Тем более что вся верхушка власти как у вас, так и у нас – ставленники Запада. И в ближайшее время в Литве к власти не смогут прийти здравые политические силы, потому что огромнейшая пропагандистская машина, включающая масс-медиа, формирует четко определенное мировоззрение. А кто против тенденций, тот преследуется.

Могу только посочувствовать жителям Литвы. Смягчить процесс никак нельзя. Литва – не первая и не последняя страна, которая пройдет через апробированный механизм введения евро, так что готовьтесь к росту цен и снижению уровня жизни. Хочу пожелать литовцам мужества. Когда-то как Латвия, так и Литва были самыми передовыми республиками великой империи СССР.

Сегодня мы – нищая окраина Европейского Союза. Будем надеяться, что не навечно. Тем более что у вас есть величайшее прошлое – Великое княжество Литовское, величайшая литовская историческая государственность на протяжении веков. Из Литвы по крови происходит примерно четвертая часть аристократии Российской империи.

Это великое прошлое, рядом с которым всякие менялы из Брюсселя, валютные спекулянты, жулики и воры, руководящие сегодня европейским проектом, и близко не стояли. И никогда стоять не будут даже на генетическом уровне. Поэтому надо осознавать свое историческое прошлое, понимать настоящее и через это влиять на будущее. Но это трудно. И, допускаю, это дело не одного поколения, вот и все…

«надо осознавать свое историческое прошлое, понимать настоящее и через это влиять на будущее. Но это трудно. И, допускаю, это дело не одного поколения»

» Мы находимся в глубочайшей демографической яме, из которой нет выхода. Мы безвозвратно теряем латышскую нацию как таковую. Вопрос, когда исчезнут латышский язык, культура и сама нация, – это вопрос ближайших десятилетий.»

Источник
Рейтинг
Загрузка ...