Латвия не может продать шпроты

Шпроты в масле перестали быть эксклюзивом из Латвии: что делать латвийским переработчикам

Как латвийским шпротам в масле справиться с потерей российского рынка, которая серьезно ударила по переработчикам в 2015 году? Только качеством

Рига, 8 авг — Sputnik, Андрей Татарчук. Латвийские производители могли бы выпустить в этом году на 30 миллионов банок рыбных консервов больше в связи с дефицитом до 20% на эту продукцию долгосрочного хранения, который возник из-за повышенного спроса в период чрезвычайной ситуации. В марте и апреле с прилавков магазинов не только в Латвии шпроты в масле просто сметали.

Один из старейших в Латвии переработчиков Brīvais vilnis преодолел кризисную ситуацию после запрета российским Роспотребнадзором на поставки рыбной продукции из Латвии и Эстонии на рынок России летом 2015 года.

Арнольд Бабрис, председатель правления этого завода в латвийском портовом поселке Салацгрива сегодняшние результаты оценивает положительно.

Перестали быть латвийским эксклюзивом

«После запрета, лишившись огромного потока экспорта на российский рынок, все переработчики рыбы работали с большими убытками, и мы не исключение. Конечно, последствия этого ощущаются до сих пор — только аффилированные заводы Kajia в Риге и VZK в Вентспилсе смогли вернуться на российский рынок. Что касается нас, дефицит нашей продукции составляет около 20%, и тут причин несколько, включая ажиотажный спрос на латвийским и глобальном рынках на консервы, как продукт длительного хранения в период пандемии COVID-19. Весной этого года они продавались очень и очень хорошо», — рассказал Sputnik Латвия Арнольд Бабрис.

Какая любимая еда у жителей Латвии? Шпроты? Интервью с жителями Латвии

Конечно, ажиотажное накопление запасов населением сложно назвать нормой торговли. Хотя жестяная банка с лаковым покрытием со стерилизованной в автоклаве рыбой, сделанная сегодня, не испортится даже в 2030 году. Но на десять лет вперед консервы никто из нас обычно не покупает. Здесь другое — кризис убрал значительную часть слабейших производителей. Так, до 2015 года в Латвии было больше двадцати рыбоперерабатывающих предприятий, а после запрета Роспотребнадзора половина из них обанкротилась или находится в шаге от этого.

Учитывая, что основу экспорта по отрасли в среднем, даже до 70% составляли шпроты, и в основном их делали для российского рынка, это было близко к катастрофе. Условно, за пять лет отрасль сократилась наполовину — вместо 300 миллионов банок консервов в год производится 150 миллионов банок. А шпроты в масле перестали быть латвийским эксклюзивом.

«Шпроты — отличный продукт, с хорошей узнаваемостью на рынке, но успешный бизнес может развиваться и на других позициях — скумбрия в томате, шпротный паштет и еще очень большой ряд продукции. Мы работаем в нише, в которой не настолько высокая конкуренция — это шпроты премиум-класса «Царские», с аутентичной наклейкой времен последнего императора России Николая Романова, и это наши марки «Золото и Серебро», «Мюнхгаузен». Неплохо в Японии продаются наши рыбные тефтели и помимо Европы и стран Евразийского союза, помимо России, наша продукция есть в торговых сетях Азии и Северной Америки. Знаете, за бренд Brīvais vilnis мне предлагали полтора миллиона долларов, а я отказался, потому что мы не смогли бы контролировать качество», — поясняет Бабрис.

Латвия декоммунизировала до того, что теперь шпроты поставляют из России.

При этом он говорит, что на плохом качестве, не докладывая рыбу в банку, экономя на масле и на свежести кильки и салаки, можно выиграть только в краткосрочном периоде. В долгосрочном — покупатели не будут лояльны к дрянному продукту даже под самой красивой этикеткой.

Квоты Европы и схема с рыбной мукой

Отрасль в Латвии сохранилась на 50% минимум и даже переживает подъем, повышая цены поставок для оптовых закупщиков. По переработчикам ударило решение Европейской комиссии о снижении квоты на вылов кильки в 2020 году на 22% — до 29 219 тонн. Квоты на вылов салаки в Балтийском море составляют в текущем году 4253 тонны — минус 10%; но салака в Рижском заливе квотирована на 18 539 тонн, это плюс 11%.

Завод в Салацгриве покупает сырье и у эстонских рыбаков — проще по логистике. Впрочем, рыбы по квотам хватило бы на всю отрасль и даже два раза, если бы не проект бывшего руководителя Латвийского объединения рыбопераработчиков Инария Войтса по переработке балтийской салаки и кильки в муку для дальнейшего производства комбикормов. Этот проект имел большое софинансирвание из Европы, и по этой причине почти половина уловов в Латвии не идет в консервы, а просто обезвоживается для того, чтобы сделать рыбную протеиновую муку — индустриальный товар с низкой добавочной стоимостью.

Брать качеством

К сожалению, Войтс успел сделать свое дело. Все эти годы в Латвии рыба тупо перерабатывается в муку в объемах, которые завышены намного, и это отрицательно влияет на отрасль. К сожалению, квоты ЕК для латвийских рыбаков, для шведов, эстонцев, поляков и других на Балтийском море будут сокращаться, но квотирование не касается российской добычи рыбы.

Источник

Латвия отказывается продавать шпроты россиянам

Латвийским производителям шпротов, оказывается, больше не нужен российский рынок сбыта, они нашли других покупателей для своих консервов. Такое заявление сделал латвийский посол в Москве. Прибалтика действительно нашла других любителей шпротов в других странах. Но у гордого оптимизма латвийского посла при этом нет никаких оснований.

Даже если Россия полностью отменит запрет поставок шпротов из Прибалтики, латвийские производители шпротов все равно могут не вернуться на российский рынок, предупреждает посол Латвии в Москве Марис Риекстиньш.

Он объясняет, что после запрета России некоторые мелкие предприятия просто прекратили выпускать шпроты, а остальные переориентировались на другие рынки. Поэтому «если что-то и будем туда отправлять, то уже по принципу дополнительной возможности», то есть по остаточному принципу. Массового возвращения латвийских производителей в Россию он не ожидает. Кроме того, латвийский бизнес считает, что риски для экспорта в Россию слишком высоки, чтобы опять сюда приходить.

Запрет на поставки консервов в Россию из Прибалтики был введен четыре года назад – в июне 2015 года. Произошло это не в рамках контрсанкций, а из-за обнаруженных в консервах опасных веществ, в частности бензапирена, который вызывает рак. Такой канцероген возникает от применения так называемого жидкого дыма, используемого на балтийских заводах.

Риекстиньш, конечно, не согласен с претензиями к качеству латвийских шпротов. «Мы считаем, что этот шаг был сделан для того, чтобы помочь местным предпринимателям, которые желали развивать свои мощности в этом секторе, в этой нише. Что угодно можно поставить под вопрос, но только не вопросы, которые касаются стандартов и качества пищевых продуктов в Евросоюзе», – сказал он. Мол, по нормам ЕС все нормально, а если у России есть претензии, то значит дело в политике.

Для тех, кто серьезно отнесся к требованиям по качеству, Россия уже сделала послабления. В декабре 2017 года Россельхознадзор частично снял запрет для двух предприятий – для латвийской компании SIA Karavela и эстонской DGM Shipping AS. В мае 2019 года – для второй эстонской компании – Kajax Fishexports AS. Чтобы вернуться на российский рынок, им потребовалось установить оборудование с нормальной технологией, которая контролирует режим сжигания щепы и появление канцерогена в шпротах.

Латвийский посол лукавит также, когда уверяет, что местным предприятиям не нужен российский рынок, потому что они нашли ему замену. Так много зарабатывать, как зарабатывала Прибалтика на экспорте шпротов в Россию, в любом случае не получается и вряд ли получится, если говорить исключительно о шпротах.

Других столь массовых потребителей шпротов, кроме как в России, да и в странах СНГ, больше нет нигде в мире. Шпроты – это уникальный продукт из советского прошлого. Европейцы его не потребляют и не любят, как россияне. Поэтому найти замену российскому рынку просто невозможно.

«Считаю заявление латвийского посла блефом. Шпроты – это нишевый продукт на сжимающемся рынке. Сегмент рыбных консервов съеживается. Доля рыбных консервов в общей структуре потребления рыбопродукции за двадцать лет уменьшилась с 18 до 9 процентов»,

– заявил газете ВЗГЛЯД президент Всероссийской ассоциации рыбопромышленников (ВАРПЭ) Герман Зверев.

После запрета латвийский рынок сильно изменился. До лета 2015 года шпроты в Россию поставляли целых 75 предприятий из Латвии (44) и Эстонии (31). Теперь такую роскошь имеют только два эстонских завода и один латвийский.

Это не случайно, что выжили крупные заводы. Просто они смогли найти средства и установить необходимое оборудование, которое делает шпроты более качественными, как того требует Россельхознадзор. Остальные денег на модернизацию не нашли – и большинство из них просто обанкротились и ушли с рынка. Так, оборот производства всех рыбных консервов (в том числе шпротов) в Латвии упал со 131 млн евро в 2014 году до 67 млн евро в 2016 году.

Некоторым заводам в Латвии все-таки удалось выжить и даже найти новые рынки сбыта для своей продукции, как уверяет посол. Вот только они уже четыре года генерируют одни убытки и держатся из последних сил. Удастся ли им снова стать прибыльными и удержаться на плаву – большой вопрос.

Так, латвийская рыбоперерабатывающая компания Brivais vilnis некогда продавала 30% своей продукции в России. Однако в срочном порядке ей пришлось научиться жить без России. За четыре года компания смогла найти новые рынки – и теперь поставляет шпроты на Украину, в Молдавию, США, Израиль и даже в Китай. Но прибыли предприятию это не приносит.

По итогам 2018 года компания отчиталась об убытках порядка 400 тыс. евро, годом ранее убыток был 1,1 млн евро. В компании уже ни один год жалуются, что причина в запрете поставок в Россию, в экономической ситуации в странах СНГ, а также большой конкуренции на рынке рыбных консервов в Европе и Америке. На заводе признались, что те, кто не обанкротился, вынуждены были эти четыре года работать с убытками и ждать, когда «умрут» более слабые игроки.

А вот латвийское предприятие Karavela, которое получило разрешение на поставку шпротов в Россию, по итогам 2018 года сумело нарастить оборот до 42 млн евро и увеличить более чем вдвое прибыль – до 1,5 млн евро.

Если смотреть формально, то Латвии вроде удалось справиться с потерей российского рынка, найдя новые. Если до кризиса продажи вне стран бывшего СССР составляли порядка 20% от общего объема, то теперь латвийские предприятия продают на других рынках половину своей продукции – в США, Германии, Шри-Ланке, говорил маркетинговый руководитель и совладелец рыбоконсервного предприятия Karavela Янис Энделе. Вот только объемы производства консервов в Латвии теперь значительно ниже, чем до запрета поставок в Россию, признает он.

Евросоюз мог бы помочь своим членам ЕС, выделив, например, дотации, о чем просила латвийская рыболовецкая отрасль. Однако богатые европейцы не стали помогать окраине. «Было бы наивно полагать, что налогоплательщики Германии, Франции, Великобритании станут поддерживать рыбную отрасль окраин Евросоюза и тем более укреплять ее и растить конкурентов. Россия – единственный рынок сбыта для этой продукции», – говорил руководитель информационного агентства по рыболовству Александр Савельев. У Латвии нет денег даже на строительство новых рыболовецких судов, латвийские рыбаки вынуждены использовать изношенный флот, доставшийся от СССР. А это создает проблемы – им приходится ловить рыбу в основном в прибрежных водах, дальше уходить невозможно.

Теперь же найти деньги на модернизацию оборудования и обновление флота латвийскому бизнесу практические негде. Ситуация изменилась кардинально: на самом деле России теперь и не нужны импортные шпроты, потому что российские рыбаки и заводы полностью удовлетворяют спрос на эти консервы самостоятельно. Пробиться на российский рынок прибалтийским шпротам теперь очень нелегко.

«Российский рынок шпротов не испытывает дефицита в этой продукции. Уловы мелкочастиковых пород не снижаются. Мощностей по производству достаточно»,

– уверяет Герман Зверев.

«Предприятия по выпуску шпротов работают на Дальнем Востоке, в Крыму, в Калининградской области и на Каспийском море. С момента введения санкций большинство отечественных предприятий-переработчиков в разы увеличили выпуск как шпротов, так и рыбных консервов в целом. Так называемую шпротную программу на сегодняшний день можно считать вполне успешной. Мы полностью заместили продукцию из Прибалтики. Отечественные предприятия полностью удовлетворяют спрос», – говорит зампред правления Руспродсоюза Дмитрий Леонов.

Более того, как показывают исследования Роскачества, отечественные шпроты действительно являются продукцией высокого качества и даже превосходят по данному показателю латвийских и литовских коллег, добавляет он.

По данным Руспродсоюза, в прошлом году Россия импортировала всего 4,7 тыс. тонн шпротов на 5,5 млн долларов. Лидером поставок шпротов в Россию является Эстония (более 2,6 тыс. тонн). Поставки из Латвии совсем небольшие – менее 230 тонн. В этом году (за три квартала) в Россию было завезено 2,7 тыс. тонн шпротов на 2 млн долларов. Лидером поставок остается Эстония.

По данным Росрыболовства, за пять лет объем российского вылова мелкосельдевых видов рыб (включая шпрот, салаку, кильку, анчоус) вырос почти на 80% – с 61 тыс. тонн в 2014 году до более чем 109 тыс. тонн по итогам 2018 года. Вылов кильки за эти годы почти удвоился – с 32,5 тыс. до 58 тыс. тонн.

Так, в Калининградской области – центре производства продукции из шпротов – общий вылов в прибрежной зоне вырос за пять лет в полтора раза, до 46,3 тыс. тонн. А вылов кильки (шпрота) и сельди балтийской (салаки) увеличился почти в два раза – до 39,5 тыс. тонн. И все это перерабатывается на территории самого региона и развозится в магазины по всей России. При этом, российские рыбаки добывают мелкосельдевые виды рыб не только на Балтике, но и в Крыму, на Черном море.

Выросли также мощности и перерабатывающих заводов. Так, в Калининградской области годовая мощность выпуска консервов из шпротов в масле выросла почти в три раза – до 81 млн банок. Увеличились мощности единовременного хранения рыбной продукции. Область получила более 630 млн рублей инвестиций в эту отрасль, и запланированы новые инвестпроекты: строительство малого рыболовного судна, строительство и модернизация цехов для выпуска рыбной продукции и другие.

Источник
Рейтинг
Загрузка ...