Сколько человек уехало из латвии

Уехал каждый пятый: как Латвия теряла жителей с момента вступления в Евросоюз

Рига, 3 июн — Sputnik, Андрей Солопенко. По данным Центрального статистического управления (ЦСУ) в начале 2020 года в Латвии проживал 1 миллион 908 тысяч человек, что на 12,3 тысячи меньше, чем годом ранее. Уменьшение числа жителей определяет не только естественная убыль населения, которая сохраняется в Латвии с 1991 года, но и миграция, негативное сальдо которой тоже наблюдается ежегодно уже долгое время.

Минус 360 тысяч человек

Согласно официальным данным ЦСУ, за 15 лет после вступления в ЕС, в 2004—2019 годы из Латвии эмигрировали чуть более 360 тысяч человек, что на сегодняшний день составляет почти 20% населения страны. Большинство уехавших (84%) были жителями трудоспособного возраста — от 15 до 64 лет. Самой многочисленной возрастной группой были люди 25—44 лет, удельный вес которых среди эмигрантов составил 45%. К следующей по массовости группе относится молодежь в возрасте 15—24 лет (22%), потом — люди от 45 и старше (21%) и те, кто еще не достиг пятнадцатилетнего возраста (12%).

ПБК: За год из Латвии уехало 25 тыс. человек

Как видно, основная часть уехавших — это латвийцы в самом расцвете сил, а также молодые люди репродуктивного возраста. У многих из них были трудности с поисками работы, из-за чего они не могли реализовать себя в Латвии и решили уехать за границу.

Столь значительный отток людей не мог не сказаться на возрастном составе оставшегося населения Латвии, которое стало стремительно стареть. По статистическим данным на начало 2020 года, в стране проживало 48% жителей в возрасте 45 лет и старше. В то же время доля жителей в возрасте от 25 до 44 лет составляла только 27% населения. Тогда как наименьший удельный вес приходился на молодежь 15—24 лет — их насчитывается всего лишь 9%, а лиц младше 15 лет — 16%.

Все это ясно показывает, что молодых людей трудоспособного и репродуктивного возраста в стране остается все меньше и меньше, а оставшееся население стареет и будет еще сильнее сокращаться. Массовая эмиграция и уменьшение трудоспособного населения не способствовали быстрому выходу страны из мирового экономического кризиса 2009—2010 года. Так же эти факторы скажутся на восстановлении народного хозяйства, пострадавшего из-за нынешнего коронавирусного кризиса.

Куда уезжают латвийцы?

Наибольший поток эмигрантов, по данным ЦСУ, направляется в первые 15 стран Евросоюза (70%), на остальные государства ЕС приходится лишь 5% уехавших. Столько же решили отправиться в страны Европейской свободной экономической зоны (Исландию, Лихтенштейн, Норвегию и Швейцарию), или же в более далекие заокеанские государства — Соединённые Штаты, Канаду, Австралию и Новую Зеландию. Страны СНГ предпочли 15% покинувших Латвию.

Таким образом, наибольший отток трудоспособного населения Латвии как раз приходится на богатые европейские государства, где и зарплаты выше, и социальная защита намного лучше. Поэтому все планы правительства о том, что уехавшие массово будут возвращаться на родину, можно считать несбыточными. Ведь какой человек захочет уезжать из страны, где у него есть работа и пособие при ее потере, на которое он сможет нормально прожить, — в страну, которая ничего подобного предложить не может?

Демографический кризис в Балтии

Отъезду молодого трудоспособного населения способствует возможность получения высшего образования по сравнительно меньшей стоимости, чем в Латвии, но по качеству в разы превосходящее латвийское. Молодежи, получившей высшее образование в Великобритании, Германии, Финляндии или других западных странах, намного легче найти в них работу.

Так что и надежды правительства, что после получения образования эти люди вернутся обратно в Латвию, совершенно несбыточны, и если не менять систему, то молодежь с каждым годом будет все больше уезжать из страны. Ведь уже давно после получения диплома о среднем образовании вчерашние школьники чуть ли не целыми классами уезжают учиться в другие страны, и уверенности в том, что они вернутся, нет.

Потеря пятнадцати Тукумсов

По этническому составу 31% покинувших Латвию в период с 2011 по 2019 год — это русские. В целом в Латвии в начале 2020 года проживало 27% русских, а это значит, что эта группа больше нацелена на отъезд. Однако нельзя сказать, что это касается только их, ведь 47% уехавших – латыши, и пусть их доля среди эмигрантов значительно меньше, чем в населении (63%), но все равно эта проблема затрагивает и титульную нацию.

От эмиграции сильно страдают регионы Латвии. По рассказам очевидцев, во многих небольших провинциальных городах людей трудоспособного возраста уже почти не осталось. Об этом свидетельствуют и данные ЦСУ, из которых следует, что за последние 15 лет наивысшее негативное сальдо миграции оказалось в Риге, Латгалии и Курземе. В среднем за это время Латвия из-за негативного сальдо миграции ежегодно теряла примерно население такого города, как Тукумс.

Социальная незащищенность жителей Латвии является одним из наиболее существенных факторов, способствующих эмиграции жителей трудоспособного возраста. В то же время из-за отъезда населения и низкой рождаемости в стране остается меньше налогоплательщиков, а значит, латвийская система социального страхования в скором времени столкнется с еще большими трудностями в выплате пенсий, пособий и зарплат бюджетникам.

По самой острожной оценке экономиста, профессора Латвийского университета Михаила Хазана, убытки от эмиграции составляют около 100 миллиардов евро. Это и недополученные социальные налоги, и несозданные новые рабочие места, влекущие за собой сокращение производства и экономическую рецессию. Если эмиграцию не остановить, создав более благоприятные условия для оставшихся жителей, то эти убытки будут с каждым разом возрастать, ведь трудоспособного населения будет оставаться все меньше.

Однако правительство предпочитает бороться с ветряными мельницами, рассчитывая убытки от «последствий оккупации» и выделяя огромные деньги на оборону, лишь бы не замечать реальную проблему.

Что и понятно, ведь если признать ее наличие, то придется искать и пути ее решения, а, судя по всему, никакой внятной стратегии в этом вопросе у латвийского кабинета министров нет.

Источник

Эмиграция оказалась смертным приговором для Прибалтики

Страны Балтии в нынешнем году демонстрируют чудовищные цифры во всём, что связано с эмиграцией. Бегство населения из Прибалтики ускоряется галопирующими темпами, Литва и Латвия превратились в европейских рекордсменов по эмиграции и вымиранию, две трети эмигрантов заявляют, что никогда не вернутся в Прибалтику. Из-за эмиграции в странах Балтии растёт дефицит специалистов, в том числе врачей, а остающимся в Прибалтике жителям среднего и старшего возраста через несколько лет не на что будет платить пенсию. Эмиграция, превращённая прибалтийскими властями в панацею от любых социально-экономических трудностей, оказалась смертным приговором для Литвы, Латвии и Эстонии: при сохранении нынешних темпов депопуляции эти страны просто не смогут дальше существовать.

Согласно последней политике Eurostat, Литва, Латвия и Эстония, наряду со Словакией, – это единственные страны Центральной и Восточной Европы, из которых не прекратилась эмиграция населения. Эмиграция из Прибалтики, напротив, только растёт. Втрое по сравнению с 2014 годом в прошлом году увеличилась эмиграция из Эстонии. В Латвии в прошлом году из страны уехало на 5,7% больше людей, чем в позапрошлом. И абсолютный рекорд европейской эмиграции установила Литва, население которой в 2015 году сократилось на полтора процента: в прошлом году из Литовской Республики уехало на 21,6% больше жителей, чем в позапрошлом.

«Новая Европа» традиционно считалась в Евросоюзе рынком дешёвого низкоквалифицированного труда для богатых «старых» стран – членов ЕС. Однако в последний год-полтора в это расхожее представление приходится вносить коррективы. Согласно тому же Eurostat, в 2015 году эмиграция из Чехии сократилась на 33,5%, из Венгрии – на 22,2%. Пошёл на спад поток гастарбайтеров из Польши и даже из Болгарии и Румынии. И только из Прибалтики люди бегут ещё быстрее, чем раньше.

В нынешнем году эмиграция из Прибалтики даже по сравнению с прошлым годом растёт галопирующими темпами. Из Литвы за первое полугодие 2016 года уехало на 6,5% больше народу, чем за первое полугодие 2015 года. Литва уверенно держит звание чемпиона ЕС по сокращению численности населения: официально в стране сейчас живёт 2,863 миллиона человек – в 2015 году жило 2,918 миллиона. Население Латвии за год сократилось на 1%, по депопуляции страна занимает уверенное второе место в Евросоюзе после Литвы; население Латвийской Республики сейчас составляет 1,952 миллиона человек. Из Эстонии за последний год эмигрировали 13 тысяч человек.

Данные статистики и оценки экспертов не оставляют камня на камне от лицемерных попыток прибалтийских властей оправдаться за вымирание своих стран, называя эмиграцию лишь временным отъездом на заработки и утверждая, что миграция населения в рамках ЕС не имеет никакого значения для Литвы, Латвии и Эстонии и никак не влияет на жизнь Прибалтийских республик.

Опросы самих эмигрантов показывают, что большинство из них не отъехало на время на заработки, а именно что эмигрировало, выбрав себе новую родину. Согласно исследованию Латвийского университета, 62,7% уехавших из Латвии заявили, что не хотят возвращаться, потому что разочаровались в Латвии как в государстве. Из тех, кто всё-таки выбрал Латвию и вернулся, 40% поменяли своё решение и снова уехали. Схожие исследования проводились и в Литве. По опросу 2011 года, проведённому Институтом гражданского общества Литвы, 60% литовских эмигрантов отказались от возвращения в Литву.

Сухую статистику лучше всего иллюстрируют конкретные факты. Например, тот факт, что дети прибалтийских политиков зачастую не живут в Прибалтике. Журналистское исследование на эту тему провела латвийская газета Diena. Оказалось

, что сын латвийского премьера Мариса Кучинскиса работает в Германии, дочь однопартийца премьер-министра председателя парламентской фракции Союза «зелёных» и крестьян Аугуста Бригманиса с 16 лет в Великобритании, дети бывшего еврокомиссара, а ныне председателя другой правящей партии, «Единства», Андриса Пиебалгса живут в Великобритании и Австрии. Высокопоставленные родители не готовы звать своих отпрысков вернуться домой: премьер-министр Марис Кучинскис даже признался, что поддержал сына в его решении не возвращаться в Латвию.

Так что имеет место массовый отказ жителей Прибалтики от своих стран. Называть это явление «отъездом на заработки» – верх лицемерия. Такое же лицемерие – утверждать, что миграция населения внутри ЕС не имеет никакого значения для Литвы, Латвии и Эстонии и никак не отражается на жизни этих стран. Потому что в реальности эмиграция для Литвы, Латвии и Эстонии определяет всё: эмиграция определяет образ жизни прибалтийских обществ сегодня и лишает будущего Прибалтийские государства завтра.

Вся прибалтийская жизнь так или иначе вращается вокруг депопуляции. Школьники обсуждают, кто куда уедет по достижении совершеннолетия, старики обсуждают, в каких странах работают дети, сколько там зарабатывают по сравнению с Литвой и привезут ли на лето из Европы внуков. Большие города – Каунас или Даугавпилс – стоят полувымершими, в ряде малых городов уже не хватает населения, чтобы называться городами, а сельская местность просто исчезает. С карты Прибалтики из года в год исчезают географические объекты, однако жители опустевших хуторов зачастую переезжают не в Ригу и Вильнюс, а в Лондон и Дублин. В Прибалтике нет «точек роста», которые притягивали бы к себе население из провинции: внутренняя миграция не играет там большой роли, а столицы теряют жителей так же, как и глубинка.

Если в кризисные и посткризисные годы из Прибалтики уезжали из-за отсутствия работы, то теперь уезжают просто потому, что это стало социальной нормой. Как в советские годы для мужчин было общепринятой нормой отслужить в армии, так сегодня в Прибалтике социальная норма для молодёжи – уехать из Прибалтики.

По данным Департамента статистики Литвы, больше половины эмигрантов – 52% покинувших Литву в первом полугодии 2016 года – это молодёжь в возрасте 18–35 лет. Литву оставляют выпускники местных вузов – уезжают искать работу по специальности в Европе сразу по получении диплома. Из Литвы уезжают уже не только безработные, но и востребованные на рынке труда квалифицированные специалисты. Самая большая беда – эмиграция врачей.

«После попыток посчитать, кто и сколько зарабатывает, сколько работают, многие врачи выбрали работу за границей. Поэтому масштабы эмигрирующих огромны, выучить язык молодым людям несложно. Сейчас катастрофически не хватает врачей-специалистов (неврологов, окулистов, кардиологов, травматологов, ЛОР), особенно в районах, в Биржай, Пасвалисе, Пакруоисе, Шилуте или Шилале. То же самое касается медсестёр – мы их отлично готовим, а они уезжают», – говорит заместитель председателя парламентского Комитета по здравоохранению Антанас Матулас.

Аналогичные проблемы в других странах Балтии. В Эстонии много лет в ходу шутки про эстонских врачей: в республике хронический дефицит медицинских работников, потому что большинство докторов при первой же возможности уезжают работать в Финляндию, где зарплаты в 6 раз выше. В Латвии из-за дефицита врачей пациенты могут по 2 месяца дожидаться своей очереди на приём.

Почти такая же серьёзная проблема – растущий дефицит специалистов рабочих профессий. Из Литвы, Латвии и Эстонии эмигрируют водопроводчики, электрики, сварщики – их зарплаты в Европе в наибольшей степени отличаются от местных, прибалтийских. Такими темпами в Прибалтике через несколько лет будут одни сплошные магистры European studies, знающие всё о распределении еврофондов, но им некому будет починить прорвавшуюся трубу.

И ещё одна беда, которая неотвратимо надвигается на Литву, Латвию и Эстонию в связи с эмиграцией, – через несколько лет из-за отъезда платящего налоги экономически активного населения оставшимся в Прибалтике пенсионерам будет не на что платить пенсии.

Согласно прошлогоднему прогнозу Eurostat, в ближайшие 40 лет население Литвы сократится на 38%, Латвии – на 31%. С учётом уже произошедшей депопуляции (за последние четверть века Латвия и Литва потеряли около трети своих жителей), к середине XXI века Прибалтийские республики потеряют две трети населения. При этом с 2020-го по 2030 год на пенсию уйдёт самое многочисленное поколение жителей Прибалтики, а на рынке труда их сменит поколение самой низкой рождаемости. Исходя из этого, Министерство социальной защиты и труда Литовской Республики предполагает, что с 2020 года литовские пенсии будут составлять не более 24% от средней зарплаты. Надо полагать, в дальнейшем, по мере углубления демографической катастрофы, размер пенсий в странах Прибалтики будет сокращаться всё больше и больше – потому что всё меньше и меньше будет людей, из чьих зарплат эти пенсии формируются.

Так демографическая катастрофа Прибалтики оборачивается для трёх её стран просто катастрофой.

Из-за феноменальной эмиграции населения Литва, Латвия и Эстония в ближайшие десятилетия просто не смогут дальше существовать: в них не останется достаточного количества людей, способных поддерживать социальную, жилищную и городскую инфраструктуру, оплачивать образование детям и пенсии старикам.

Эта ситуация – закономерный итог политики «меньше народу, больше кислороду», которую четверть века проводили власти Прибалтики. Местные правящие элиты сделали ставку на эмиграцию как панацею от любых своих бед: социальных, политических, экономических. Всю постсоветскую историю им была чужда и непонятна идея «сбережения народа»; напротив, они всегда были готовы сделать очередное «кровопускание», ради решения своих проблем потеряв ещё немножко населения.

В 1990-е годы прибалтийские этнократы добивались незыблемости своей власти выдворением «русских оккупантов»: формула «Чемодан, вокзал, Россия!» была практически официальной политикой, в обществе сознательно формировалась атмосфера ненависти по отношению к русскоязычным, первые лица Литвы, Латвии и Эстонии без стеснения говорили, что оптимальное решение проблемы русского населения – заставить всех русских уехать в Россию.

После вступления стран Балтии в Евросоюз трудовая миграция избавила прибалтийские элиты от необходимости всерьёз заниматься экономикой и социальной сферой. Зачем бороться за сохранение промышленности? Зачем отстаивать в Брюсселе Игналинскую АЭС? Зачем драться за каждого потенциального инвестора? Зачем спасать от банкротства самый большой в Европе литовский рыболовный флот?

Зачем помогать жильём молодым семьям, зачем поддерживать молодых специалистов, зачем платить пособия за каждого второго и последующего ребенка?

Вместо всего этого можно просто сказать: не нравится – границы открыты. Чемодан, аэропорт, Лондон! В Европе зарплаты в 5 раз больше, а нам без вас головной боли будет меньше.

Сегодня наступает расплата за такую политику по отношению к собственным жителям, её исторически неизбежный результат. Круг замкнулся, змея ужалила себя за собственный хвост, эмиграция как панацея от любых проблем Прибалтики оказалась смертным приговором для Литвы, Латвии и Эстонии.

Источник

Delfi (Латвия): миграция вымывает жителей Латвии сильнее, чем в предкризисный 2007-й год

Работа международного аэропорта Рига

Центральное статистическое управление Латвии отчиталось: детей в стране рождается все меньше, зато жители уезжают все реже, а число возвращенцев бьет рекорды. Итого, в 2018 году страна не досчиталась 14 400 человек. Эксперт объяснил порталу «Делфи» почему все так, да не совсем, и рассказал о четырех тенденциях, на которые можно посмотреть с разных сторон.

Абсолютно точных данных по миграции жителей нет нигде. Но есть страны, где цифры поточнее — там поощряют жителей фиксировать свои передвижения тем, что приходится меньше платить налоги. В Латвии такой политики нет. Но последнее время ЦСУ уточняет цифры по отъездам, сверяя данные доступных регистров — образования, здравоохранения, налоговой службы и т.д.. До получения сведений от мобильных операторов (откуда звонят латвийцы) пока дела не дошло, но переговоры и на эту тему идут.

По мнению профессора факультета бизнеса, управления и экономики Латвийского университета Михаила Хазана, последние данные ЦСУ говорят нам о четырех тенденциях, на которые можно посмотреть с разных сторон.

Уезжать стали сильно меньше? В Англию — да, но в целом — не факт

ЦСУ: Последние два года ощутимо снижается число уехавших

— По официальным данным ЦСУ, в 2017 году из Латвии уехало почти на три тысячи человек меньше, чем в 2016, а в 2018 году — почти на две тысячи меньше, чем в 2017. До того существенное уменьшение эмиграции наблюдалось в 2014 году — число уехавших снизилось на 3,5 тысячи, по сравнению с 2013 годом.

Если же брать во внимание только латвийцев (граждан и неграждан), то тут число эмигрантов, по данным ЦСУ, в 2014 году снизилось на 3,3 тысячи, в 2017 году мы недосчитались 2,1 тысячи человек, а в 2018 — минус 2,4 тысячи.

По альтернативным данным, которые собираю я, картина эмиграции несколько иная. Я предпочитаю основывать подсчеты не на отъездах из Латвии, которые зачастую нигде не регистрируются, а на иммиграции (въездах) латвийцев в страны ЕС и ОЭСР. Кроме Евросоюза, тут самые важные направления — Норвегия и Швейцария, в меньшей степени — США, Канада, Австралия и Новая Зеландия.

По моим данным, в последние годы ежегодно эмигрировало на 5-8 тысяч жителей Латвии больше, чем по официальной статистике (и это без учета отъездов в Россию и страны СНГ). Какая-то часть этой разницы могла сложиться за счет латвийцев, перебравшихся, например, из Англии в Германию, но в целом ясно, что реальная эмиграция значительно выше официальной.

Если же смотреть на тенденции, то, по моим данным, общее число отъездов существенно снизилось в 2014 году, когда Латвия вступила в еврозону, что дало резкий толчок экономике. В 2015 году эта оптимистичная тенденция продолжилась, но с меньшей интенсивностью. Уже в 2016-2017 году никакого снижения эмиграции не было. Поэтому я не вполне уверен в значительном снижении числа отъездов в 2018 году.

За 2018 год альтернативных данных у меня пока нет. Очевидно только стабильное снижение числа уезжающих в Великобританию. Тем не менее в 2018 году туда перебралось около шести тысяч человек. Это число латвийцев, которые получили номер социального страхования, с поправкой на то, что номер выдают с 16 лет (эмигрантов более юного возраста — примерно 15%).

До Брекзита в 2015 году в направлении Туманного Альбиона уезжало около 10 000 человек. Но значит ли это, что передумавшие ехать в Англию из-за Брекзита, остались в Латвии? Нет. Кто-то переориентировался на другие страны, a кто-то еще присматриваeтся к более перспективным направлениям.

Теряем население интенсивнее, чем в предкризисные годы

ЦСУ: возвращается все больше латвийцев, в 2018 году — рекордно больше

— Тут соглашусь с большей уверенностью. По официальным данным, за 2018 год, число реэмигрантов резко выросло: если предыдущих три года домой вернулись 5-5,5 тысяч в год, то в 2018 году — 8700. Для такого процесса есть все очевидные поводы: экономика растет, зарплаты в Латвии повышаются, появляется все больше хорошо оплачиваемых вакансий. Да и политика реэмиграции последних лет — появление региональных координаторов, возможность легче найти нужную информацию — дает плоды.

Рассмотрим сальдо «уехавшие минус вернувшиеся». В начале года было торжественно объявлено, что в сухом остатке мы вышли на оптимистичный ноль. И тут я был категорически несогласен. По свежим официальным данным ЦСУ, отрицательное сальдо — почти пять тысяч человек (из них более 4 тысяч — граждане и неграждане Латвии). Реально, думаю, на несколько тысяч больше.

Тут опять же важно видеть тенденцию. По отношению к числу жителей моложе 65 лет (люди старше этого возраста уезжают очень редко), отрицательное сальдо 2018 года — это 1%. За год мы потеряли примерно одного жителя работоспособного возраста из 98 в год. Последний раз похожего числа эмигрантов (15 400 за год), по официальным данным, Латвия достигла в предкризисном 2007 году.

Вспоминаем — тогда тоже наблюдался высокий экономический рост и нехватка рабочих рук. Но в тот год страна теряла за счет миграции 1 человека из каждых 118 работоспособного возраста. Значит, в относительном исчислении уезжают сильно больше, чем до кризиса. И это по официальным данным. Впрочем, если сравнивать с последними годами, то есть чему порадоваться — скажем, в 2015 году мы теряли 1 человека из 80 работоспособного возраста.

С 2000 года нацменьшинств потеряли вдвое больше, чем латышей

ЦСУ: нелатыши чаще покидают страну

— Факты, уже не требующие никаких уточнений и альтернативного подсчета: нелатыши уезжают чаще, а возвращаются при прочих равных — реже. И если они вернутся, то шансов на то, что останутся в Латвии насовсем, гораздо меньше, чем у латышей. Это было ясно видно и из опросов вернувшихся в 2016 году.

С 2000 по 2016 год в результате эмиграции (уехавшие минус приехавшие) количество латышей уменьшилось на 8,4%, а нелатышей — на 15,4%. В том числе русских, например, на 16%. Данные ЦСУ отмечают ту же тенденцию и последних два года: нелатыши уезжали гораздо активнее. Причины очевидны.

Рожают не меньше, просто «потенциальных мам» не хватает

ЦСУ: рождаемость существенно снизилась

— Да, число новорожденных в прошлом году резко упало — аж на 1600. Все последние годы, начиная с 2012-го, рождалось более 20 тысяч детей, три года подряд число младенцев добиралось до 22 тысяч, в 2017 году — почти 21 000, а в прошлом году — 19 300. Это значительный регресс.

И снова познаем в сравнении. Последний раз такого уровня рождаемости Латвия достигала в 2010 году — это дети, зачатые в разгар кризиса. В 2011 показатели были еще хуже.

Но если в те же годы сравнить число младенцев на одну женщину репродуктивного возраста (с 15 до 44 лет), то сегодня рожают чаще: в 2010 году мамой стала одна из 22 женщин (близнецов не учитываем), то в 2018-м — одна из 18. И этот относительный показатель последние годы довольно стабилен — он колеблется между 17 и 18. Общее количество новорожденных убывает, но желание рожать плюс-минус стабильно.

Разными мерами стимуляции — повышением пособий, увеличением сроков их выплат, введениями льготных налоговых режимов, и т.д. — эту относительную цифру можно поднять. Но преломить тенденцию отрицательного естественного прироста, как это удалось Эстонии, нам уже вряд ли светит.

Вывод: без иммиграции жителей из других стран население Латвии увеличиваться не будет.

Источник
Рейтинг
Загрузка ...